Выборы в Европарламент: политический ландшафт сильно изменится

23 мая 2019 г. 14:39:55

23 мая начинается главное событие пятилетия в политической жизни Европы — выборы в Европарламент (ЕП). Первыми на избирательные участки придут голландцы и британцы. Избиратели нескольких стран проголосуют в пятницу и субботу, но главным днем голосования является воскресенье. 26 мая европарламентариев будут выбирать избиратели из 21 страны.

Немного статистики

Право голоса в Старом Свете имеют порядка 374 млн человек. Конечно, на избирательные участки придут далеко не все из них. На выборах в 2014 году был установлен антирекорд — явка составила 42,6%. Главная причина отказа от участия в голосовании — недоверие избирателей к политикам. Тем не менее, голосуют везде по-разному. В Бельгии, например, где, правда, голосование обязательное, явка в 2014 году составила 90%, а в Словакии — 13%.

Европейским избирателям предстоит выбрать 751 депутата, срок полномочий которых составляет 5 лет. Утром в понедельник, 27 мая, объявят предварительные результаты, которые в большинстве случае достаточно точно отражают картину. Первое заседание нового Европарламента состоится 2 июля. Пять недель отводится депутатам на создание групп и партий.

В дорабатывающем последние дни Европарламенте 8 таких объединений-партий, охватывающих весь спектр политической жизни. Самое многочисленное и влиятельное — правоцентристская Европейская народная партия (ЕРР), имеющая 218 парламентариев. С ними в коалиции Прогрессивный альянс социалистов и демократов (S&D), у которого 186 депутатов, а также Альянс либералов и демократов за Европу (ALDE) и Христианско-демократический союз Германии (CDU), которых 68 и 34 депутата соответственно.

В оппозиции Европейские консерваторы и реформисты (ECR) — 74 депутата и Европа наций и свобод (ENF) с 35 парламентариями, наиболее правая и евроскептически настроенная группа ЕП.

В выборах участвуют избиратели и из Британии, которая так и не смогла за без малого три года выйти из Евросоюза. Если брексит состоится в течение следующих пяти лет, то 73 депутата от Соединенного Королевства покинут высший законодательный орган Европы. 27 их мест будет переданы 14 другим странам, а остальные упразднят. Таким образом, численность ЕП снизится до 705 человек.

У нынешних выборов сильная интрига: сумеют ли популисты и ультраправые прервать продолжающееся уже два десятилетия безраздельное правление в Европарламенте «народников»? Шансы у популистов если не занять место ЕРР, то хотя бы значительно поколебать ее доминирование и составить ей серьезную конкуренцию, если верить опросам и прогнозам экспертов, достаточно высоки.

Перемены придут из Италии

На роль лидера европейских этнонационалистов претендует Маттео Сальвини, возглавляющий не только самую популярную сейчас на Апеннинах партию — Лигу, но и МВД Италии. Последние недели и месяцы вице-премьер Италии колесит по континенту и сколачивает право-популистскую коалицию. Сальвини так много выступает на митингах и собраниях, что дома его ругают за то, что он практически не бывает на работе — в МВД Италии.

О популярности Маттео Сальвини и его Лиги лучше всего говорят цифры. Опросы дают его партии 31% голосов итальянцев и 25 мест в Европарламенте. Пять лет назад у него было 6% и 5 мест.

Именно Сальвини организовал в Милане в минувшую субботу митинг правых сил континента. Мероприятие несмотря на дождь удалось. В северную столицу Италии приехали лидеры правых, националистических и популистских партий и движений из почти полутора десятка европейских стран. Главным действующим лицом был сам Маттео Сальвини, начавший свое выступление под аплодисменты собравшихся со слов «Перемены в Европу придут из Милана, из Италии!».

Марин Ле Пен назвала миланский митинг «историческим», потому что он может дать рождение новой Европе.

Так же, как большинство европопулистов, Сальвини в последние месяцы явно сбавил тон. Его выступление было направлено, главным образом, против мейнстримовских лидеров Европы: Ангелы Меркель, Эмманюэля Макрона и Жана-Клода Юнкера, предавших, по его словам, мечту отцов-основателей объединенной Европы.

«Меркель, Макрон, Юнкер, Сорос построили Европу финансов и неконтролируемой иммиграции», — сказал Маттео Сальвини и показал на висящий на сцене над его головой транспарант, на котором огромными красными буквами было написано: «Нет бюрократам и банкирам!»

В целом, Сальвини и его сторонники митингом остались довольны, хотя, конечно, эффект мог бы быть сильнее, если не скандал в Австрии. Видное место в коалиции Сальвини занимает ультраправая Австрийская партия свободы, входившая в правящую коалицию у себя в стране. В Милане, конечно, ждали ее председателя, вице-канцлера Австрии Хайнца-Кристиана Штрахе.

Однако вместо того, чтобы вместе с соратниками произносить в Милане пламенные речи и призывать к свержению брюссельских бюрократов, Штрахе каялся и извинялся перед австрийцами в Вене за свое недостойное поведение. Накануне вечером Spiegel и Süddeutsche Zeitung выставили на своих сайтах фрагменты записи его встречи летом 2017 года на вилле на Ибице с девушкой из России. По крайней мере, она представилась Аленой Макаровой и заявила, что ее дядя — известный российский олигарх и миллиардер и что она хочет инвестировать в Австрию четверть миллиарда евро. Штрахе предложил собеседнице в обмен на финансовую поддержку на выборах любые контракты.

Как нетрудно догадаться, девушка, имевшая, кстати, латвийский паспорт, не была племянницей никакого российского олигарха, а шестичасовой ужин на вилле с полупьяными откровениями политика был записан. Компромат пролежал почти два года и был использован за неделю до выборов в ЕП. Он нанес сильнейший удар не только самому Штрахе, которому пришлось уйти со всех постов как в правительстве, так и в партии, но и по всему правопопулистскому движению. Правящая коалиция распалась, в начале сентября в Австрии пройдут досрочные выборы.

Скандалом, конечно, воспользовались противники правых. Меркель, Макрон и остальные мейнстримовские политики немедленно призвали ни в коем случае не голосовать за ультраправых, националистов и популистов, а их наиболее оптимистично настроенные сторонники заговорили об эффекте домино и о том, что следом за Штрахе должны последовать Ле Пен, Сальвини, Орбан и все остальные популисты.

Российский след

Конечно, скандал со Штрахе негативно отразится на шансах коалиции Маттео Сальвини и его сторонников на выборах. Впрочем, и до скандала в Австрии победу ультраправым и националистам отдавали далеко не все специалисты. Согласно наиболее распространенному прогнозу, они возьмут примерно треть мест в ЕП, что для них будет, конечно, огромным успехом.

Главным минусом евроскептиков, не позволяющим им добиваться большего, является их разобщенность. Сальвини удалось привлечь в коалицию далеко не всех противников мейнстримовских политиков. Объединиться евроскептикам мешают не только вполне объективные разногласия в идеологии, целях и методах их достижения, но и такой субъективный фактор, как отношение к… России.

Во вмешательстве буквально во все выборы на Западе Россию сейчас обвиняют все, кому не лень. Конечно, будут обвинять и во вмешательстве в выборы в Европарламент. Формально обвинители, кстати, правы, потому что если бы все евроскептики относились к России одинаково, то их результат на выборах был бы гораздо выше.

Многие евроскептики поддерживают Россию автоматически. Эта поддержка является побочным продуктом антиамериканских и антиевропейских настроений.

Многим нравится приверженность России традиционным ценностям. Много разговоров в Европе и о том, что Москва тайно помогает ультраправым деньгами.

Маттео Сальвини неоднократно хвалил российского президента Владимир Путина и однажды даже явился на заседание Европарламента в майке с его портретом.

Марин Ле Пен поддерживает возврат Крыма в состав России. Ее партия «Национальное объединение» (RN) (до 1 июня 2018 года «Национальный фронт»), которая, скорее всего немного обойдет партию Макрона «Вперед, Республика!», несколько лет назад, испытывая серьезные финансовые трудности, брала кредиты в российском банке, а сама г-жа Ле Пен накануне президентских выборов во Франции в 2017 году встречалась с Путиным в Кремле.

Неплохо относится к России и ультраправая «Альтернатива для Германия» (AfD) и ряд других правых, националистических и популистских партий и движений. Однако отнюдь не меньше в Европе и таких евроскептиков как скандинавские или балтийские националисты, которые негативно относятся к Москве, а в списке угроз ставят на первое место не засилье брюссельской бюрократии, а Россию.

Самой ощутимой потерей из-за отношения к России для правой коалиции является, пожалуй, Польша. Маттео Сальвини в начале 2019 года ездил в Варшаву уговаривать Ярослава Качиньского, лидера правящей партии «Право и справедливость» (PiS), заключить союз с его Лигой. Несмотря на улыбки и рукопожатия PiS к его коалиции до сих пор не присоединилась.

Качиньский патологически боится союзов с пророссийски настроенными политиками. Поэтому у него, кстати, и натянутые отношения с венгерским премьером Виктором Орбаном, который очень хорошо относится к Сальвини. Орбановская партия «Фидес» может присоединиться к правой коалиции, если ее после выборов исключат из ЕРР.

Есть, правда, и примеры противоположного рода. Так, например, Консервативная народная партия Эстонии (EKRE), которая, к слову, не так давно вошла в правительство, согласилась присоединиться к коалиции Сальвини, хотя и твердо придерживается антироссийской позиции.

Не удивительно, что для того, чтобы не отпугивать потенциальных союзников и партнеров, Маттео Сальвини решил сделать программу коалиции как можно более расплывчатой и неопределенной.

Что делать… с Орбаном?

У Европейской народной партии (ЕРР), доминирующей в политической жизни Старого Света уже целое поколение, сейчас кризис. Он похож на кризис, в котором она находилась в конце девяностых годов прошлого века. Наступавшие на большей части Европы левоцентристы уверенно теснили традиционные христианско-демократические партии, входившие в ЕРР. Наиболее тревожной тогда, как, впрочем, наверное, и сейчас, была обстановка в Италии, где к власти рвался популист Сильвио Берлускони. По словам одного из отцов-основателей ЕРР Вильфрида Мартенса, в сложившейся ситуации правоцентристское движение висело на волоске. Было очевидно, что ЕРР необходимо срочно перейти в контратаку.

План этой контратаки был разработан холодным мартовским вечером 1998 года на ужине в резиденции канцлера ФРГ в Бонне. Гельмут Коль, считавший ЕРР своим детищем и уделявший ей много времени и сил, стоял у истоков создания плана по захвату власти в Брюсселе. Если в двух словах, то его суть заключалась в расширении гибкости партии и поисках новых союзников.

«Народники» заключили союзы с «Вперед, Италия!» Берлускони, французскими голлистами, скандинавскими и британскими консерваторами и другими. Тогда же появились два главных критерия для вступления в ЕРР — непринятие социализма и приверженность европейскому проекту. Со временем «народники» начали вбирать в себя и правых из вступавших в ЕС одна за другой восточноевропейских стран. Так, в ЕРР попал и тогда еще либеральный реформатор из Венгрии Виктор Орбан.

«ЕРР победила не благодаря выборам, — объясняет профессор политологии Левенского университета Стивен ван Хеке. — Она победила, вбирая в себя другие партии».

Сейчас уже не на горизонте, а значительно ближе маячит главный кошмар Гельмута Коля 20-летней давности: раскол партии на правых и левых «народников». Отличие от конца девяностых в том, что в наши дни угроза исходит не от Берлускони, а от Сальвини и собственного «плохиша» — Орбана.

Орбан с его махровым национализмом, соглашаются в ЕРР, является той ценой, которую «народникам» пришлось заплатить за двадцатилетнее доминирование в Европе. Благодаря ему ребром встал один из главных вопросов: насколько более гибкой необходимо сейчас стать Народной партии, чтобы сохранить власть в ЕС? В конце девяностых годов прошлого столетия «народники» вобрали в себя консервативные «народные» партии и таким образом сумели охватить весь правый фланг проевропейской политики.

Что касается Виктора Орбана, то он уже далеко не первый год нарушает принципы партии: выступает против мигрантов, проводит антисемитские кампании и жестко притесняет оппозицию в Венгрии. Тем не менее, в ЕРР у него немало сторонников, поддерживающих в частности его позицию в вопросе с мигрантами.

Сначала лидер ЕРР Жозеф Доль попытался приструнить смутьяна, не вынося, так сказать, сор из избы. Однако в начале этого года Орбан переступил очередную красную линию — он побратался с Сальвини и в пух и прах раскритиковал бюрократов из Брюсселя за то, что они пытаются уничтожить «христианскую культуру». В марте членство «Фидеса» в ЕРР было приостановлено, резко изменилась и риторика руководства народников.

«Мне наплевать, кто останется в ЕРР, а кто ее покинет, — заявил Жозеф Доль в начале мая. — У нас есть правила и принципы, которые необходимо соблюдать».

Сейчас стало очевидно, что предложенная два десятилетия назад Колем стратегия принятия в партию всех потенциальных союзников, окончательно зашла в тупик. Конечно, «Фидес» необходимо исключить из ЕРР, но это решение чревато большими проблемами. Орбан может перейти к Сальвини или, что еще хуже, к социалистам, которые с его помощью могут возглавить Европарламент.

При этом немало экспертов считают, что венгерский лидер не проигрывает борьбу внутри ЕРР, а выигрывает ее.

«Он тянет ЕРР и вместе с ней всю европейскую политическую структуру вправо, — объясняет бывший премьер-министр Швеции Карл Бильдт, участник памятного ужина в резиденции Коля. — Им („народникам“) следовало с самого начала занять жесткую позицию. Очевидно, что они недооценили Орбана. Они думали, что смогут манипулировать им. Я хорошо его знаю — он чертовски умен. Это он манипулирует ими, а не они им…».

Виктор Орбан пользуется популярностью, кстати, не только в Европе, но и по другую сторону Атлантики. В начале мая его, например, тепло принимал в Овальном кабинете Дональд Трамп

Европейская политика начала быстро становиться все более и более фрагментарной после финансового кризиса 2008 года. Популярности популистам и националистам добавил наплыв мигрантов. Турбулентность усиливали растущий антсемитизм и антиэлитарные и антимигрантские настроения.

Популисты, надо отдать им должное, проявили гибкость. Они уже не обещают разорвать в клочья Евросоюз. Опросы во многих европейских странах показывают, что большинство избирателей, хотя и недовольны жизнью, но хотят реформировать ЕС, а не разрушить. Поэтому лидеры ультраправых и популистов типа Сальвини и Ле Пен говорят о реформировании ЕС изнутри.

Результаты выборов в Европарламент станут известны уже на следующей неделе, но кто бы на них ни победил, ясно одно — политический ландшафт и сама политическая жизнь в Европе после 26 мая изменятся. Причем, измениться они могут очень сильно.

Сергей Мануков


Источник